Автор: Прося

  ББББББББББООООООООДДДДДДДДРРРРРРРРАААААААААТТТТИИННННОО
    
Я жил со своим папой на Чеховской. Мой папа папа Карл не был фашистом, но из-за его имени его только в Рейх и пускали.
    Он сделал меня из фонящего металла  и банки энергетика. Вот я и Бодратино. Нет, сначала я был CENSORED, но Бодратино лучше, ведь так?
    Однажды он пошёл к своему другу Жоззеппе и оставил меня одного. Тогда крысы своровали яйцо птеродонта, а яйцо спас. Правда птеродонт потом убил Жоззеппе, но это мелочи.
   Папа прицепил мне вместо носа ствол от Калаша и им я проколол бетонную стену на станции, и папа меня наказал. Он прицепил ко мне дозиметр и тот трещал так сильно, что у меня лопнул целлофан в ушах и посыпалась ржавчина.
   Потом он отправил меня за грибами, химзащитой и книжечкой в Полис. Патроны я потратил на самогон и за это меня отругала девочка Мальорка со своей собачкой. Она выступала в театре Карабаса Барабасовича, который хотел меня сжечь, но вспомнив что это другая сказка, положил меня под пресс. Потом Мальорка спала меня, у нас был роман, но она изменила мне с Карлекино и я ушёл от неё, расстреляв её и всех на Полисе.
    Потом автор сказки сказал мне идти на Автозаводскую, не понимаю зачем, но надо, значит надо! Там я встретил Базилика и Василису, которые вывели меня на верх в студию Останкино на поле Чудес, там лежал какой-то усатый скелет, но мне было на него по барабану. Они заставили меня выкопать в полу ямку и закопать туда патроны, приговаривая какую-то фигню! Я всё сделал. Потом шла какая-то дребедень. Я встретил Дуремая, который ловил в реке мутировавших рыб. У него сорвалась одна и он со злости кинул меня в реку. Там я встретил черепаху-переростка и она выкинула меня на берег и запульнула в меня ключом. Что-то подсказало мне, что им я должен что-то открыть и пошёл к гермоворотам МГУ. По пути я побил Барабасыча. Дойдя до гермоворот я увидел спешащих за мной коммунистов и Карла с Мальоркой. Мы открыли ворота и увидели огромный зал. Оказалось что оттуда не могли выйти люди, а мы открыли дверь. В награду нам дали помещение под театр         (зафиг он нам?), которое Карл пропил и купил себе дрезину в которой мы и жили всё оставшееся время, пока он не пропил и меня.